Продажа доли общества банкрота и создание «зеркального», является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности
Фабула дела
В рамках дела о банкротстве должника его кредитор – общество «Сигма-КС» обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его бывшего участника и руководителя – Ш.
В октябре 2021 г. Ш. учредил и стал руководителем нового юридического лица с полностью идентичным должнику наименованием, теми же адресом электронной почты и ОКВЭД. В июне 2022 г. единственным участником должника становится компания «Африкан Софтвер Дрим ЛТД» (Республика Сейшелы), а руководителем должника – К. Спустя три недели, в июле 2022 г. руководителем должника становится Б., которая с октября того же года является ликвидатором должника. 7 февраля 2023 г. общество с ограниченной ответственностью «СтройАвтоПром» обратилось в суд с заявлением о признании должника банкротом.
10 мая 2023 г. в отношении должника введено конкурсное производство по упрощённой процедуре ликвидируемого должника. В реестр требований кредиторов должника включены три кредитора (два поставщика оборудования и уполномоченный орган). Общий размер реестра требований кредиторов составляет 76 138 695 рублей 41 копейка. Какое либо имущество в конкурсной массе должника отсутствует, гашение реестра не производилось.
Обращаясь в суд с заявлением о привлечении Ш. к субсидиарной ответственности, кредитор указал на намеренное искажение бухгалтерской отчётности должника в период руководства Ш., а именно на отсутствие сведений о судьбе поставленного должнику оборудования; кредитор полагал, что учреждение Ш. «зеркального» должнику юридического лица является злоупотреблением правом с целью не платить по долгам.
Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26 июня 2024 г., оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 сентября 2024 г. и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21 января 2025 г., отказано в удовлетворении требований.
Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указали на отсутствие доказательств перевода активов должника на иное лицо и недоказанности кредитором вины Ш. в банкротстве должника.
Что решил Верховный Суд РФ
На протяжении рассмотрения спора кредитор настаивал на отсутствии объяснений причин действий Ш. по продаже доли оффшорной компании и учреждению «зеркального» общества, с помощью которого он продолжил вести ту же хозяйственную деятельность и извлекать прибыль, в то время как должник прекратил осуществление какой либо деятельности; приводил доводы о том, что большая часть реестровых требований кредиторов основана на ненадлежащем исполнении должником в период руководства Ш. обязательств по оплате поставленного ему оборудования, в то время как в конкурсную массу ни указанное имущество (оборудование), ни денежные средства от его реализации не включены, в бухгалтерской документации не отражены.
Указанное может свидетельствовать об искажении Ш. бухгалтерской документации должника с целью сокрытия следов противоправных действий, как следствие, подпадать под действие презумпции, установленной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. При таких обстоятельствах судам следовало рассмотреть вопрос о перераспределении бремени доказывания, указав ответчику на необходимость опровержения доводов кредитора по существу, но в судебных актах таких сведений не содержится, а необходимые объяснения Ш. по существу спора в представленных им в суды отзывах отсутствуют.
По сути, суды уклонились от исследования действий ответчика, ограничившись ссылкой на отсутствие прямых доказательств перевода активов должника в пользу иного лица, то есть на отсутствие доказательств для применения к контролирующему должника лицу презумпции, установленной подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
Ответчиком, в свою очередь, не были раскрыты причины, условия и обстоятельства отсутствия в бухгалтерской документации должника сведений о поставленном кредиторами оборудовании или денежных средств от его дальнейшей перепродажи, отчуждения им доли оффшорной организации, скором прекращении должником деятельности после смены контролирующих лиц, в то время как бремя доказывания опровержения названной презумпции перешло на него.
Кроме того, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника, которые при разрешении настоящего спора судами не установлены, что указывает на несоответствие обжалуемых судебных актов требованиям об обоснованности.
В итоге, определением Верховного Суда РФ от 10.09.2025 г. по делу № А56-11260/2023 решения нижестоящих судов отменены, дело направлено на новое рассмотрение.
Выводы для лица привлекаемого к субсидиарной ответственности
Продажа доли общества в преддверии банкротсва, прекращение деятельности после смены руководства, а также создание зеркального общества, являются основаниями по которым суд может привлечь конролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.